Твист

Самый модный танец, он же – самый запрещенный. Долго так продолжаться не может, и твист в СССР не то чтобы разрешают – с ним перестают бороться

Мировая лихорадка началась в 1960 году с твиста Чабби Чеккера, спустя три года танец уже массово усвоен советской молодежью и взят на вооружение членами Союза композиторов. Услышанная в машине по радио песня Арно Бабаджаняна «Лучший город Земли» (см. Магомаев, 1962) рассердила Никиту Хрущева: «Как это – твист о Москве!», и до отставки премьера она больше в эфире не звучала. Но не вызывает особых возражений бабаджаняновская же «Королева красоты» и повсеместно гремит суперхит Юрия Саульского на слова Михаила Танича «Черный кот» в исполнении Тамары Миансаровой.

Говорят, не повезет,
Если черный кот дорогу перейдет. 
А пока наоборот – 
Только черному коту и не везет.

На очередной встрече с интеллигенцией, воюя с «джазовской музыкой», Хрущев переспрашивает у зала название танца – «свист или вист?», называет твистеров «сектой трясунов» и увещевает: «Это же неприлично – такие жесты делать определенными частями тела». Но даже прямые указания высшего руководства нипочем.

Твист безнаказанно танцуют до более серьезной провинности. При разборе персонального дела увлечение им могут припомнить как дополнительный черный штрих в биографии – так, твистером был шпион Пеньковский. Старые модники новый танец встречают невозмутимо, понимая – не угнаться; певица-фронтовичка Клавдия Шульженко поет:

Твист и чарльстон,
Вы заполнили шар земной.
Вальс оттеснен,
Без вины виноватый.

Купить книгу из цикла «Намедни»