Расшифровки
Коронация. Продолжение
Дорогие читатели,
Мы продолжаем публиковать книгу Бориса Акунина «Расшифровки».
Каждый фрагмент будет висеть у нас в Журнале только один день. Если вы не хотите пропустить очередной фрагмент книги, поставьте себе напоминалку в календарь и сделайте закладку на Главную страницу нашего сайта, или подпишитесь на наш Телеграм-канал, чтобы не потерялось.
А ещё в Читальный зал можно зайти в наших приложениях BAbook для iOS и Android.
Редакция Книжного клуба Бабук
Борис Акунин
Коронация
Продолжение
В государстве самодержавного типа тот, кто имеет постоянный доступ к «Телу», да еще его и охраняет – фигура особенная. Влияние этого сравнительно невысокого по чину функционера никогда не афишируется, но оно всегда огромно. И обычно на этой песьей службе состоят личности малосимпатичные.
Таким был и Александр Спиридович (1873–1952), в течение целых десяти лет ведавший личной охраной императора. Человек очень ловкий, отлично ориентировавшийся в закулисных интригах, не терявшийся на опасных поворотах, он начинал службу помощником хитроумного Зубатова; уцелел когда шеф пал в аппаратных битвах; прославился удачной работой с тайными агентами и провокаторами; сумел приглянуться августейшей семье, но вовремя свалил с тонущего корабля – за полгода до революции сменил службу. Наверное, самый поразительный фокус Спиридовича – то, что он, арестованный как «цепной пес режима» и сидящий в Петропавловской крепости, сумел в октябре 1917 года (!) выйти на свободу под денежный залог (!). И, как Колобок, укатился от красного террора и гражданской войны в безопасную эмиграцию. Мемуары Спиридовича «Записки жандарма» – не очень откровенное, но чрезвычайно ценное сочинение, которым я пользовался при написании нескольких романов.
Этот субъект появляется у меня под видом Карновича в «Коронации» и в романе «Просто Маса», а кроме того выныривает под именем полковника Спиридонова в романе «Черный город». Это сделано потому, что Спиридонова прямо в начале убивают, а Карнович был мне нужен живой – я собирался использовать его в «эмигрантском» романе, который потом рассосался. Так Спиридович у меня и остался единым в двух лицах Янусом.
Мой обер-полицеймейстер Ласовский (вернее его прототип), в романе персонаж эпизодический, на самом деле сыграл в подлинной московской трагедии 1896 года главную роль. Если похищение великого князя Мики я придумал, то Ходынка-то произошла в действительности, и это преступление было намного ужасней. На поле, где проходили коронационные торжества, передавили насмерть почти полторы тысячи человек, а покалечили в несколько раз больше.
Веселится и ликует весь народ...
У меня в романе кровавую кашу заваривает архизлодей Линд, но истинным виновником побоища являлся тот, кто занимался организацией массового мероприятия и так катастрофически все провалил: начальник московской полиции.
Полковник Александр Власовский (1842–1899) был туп и бездарен, на свою ответственную должность попал исключительно благодаря покровительству генерал-губернатора Сергея Александровича, ценившего в служаках ревностную строгость. Власовский отлично наводил страх на обывателей, грозно шпынял извозчиков и дворников (его приведенный в романе указ подлинный), подавлял рабочие забастовки и прогонял в «черту оседлости» евреев, но совершенно не учел, что со времен предыдущей коронации (1883) из-за роста фабрик и заводов население Москвы резко увеличилось – притом за счет бедноты, падкой на даровое угощение. На Ходынское поле пришли полмиллиона человек, и произошло неминуемое. За свое должностное преступление Власовский отделается всего лишь снятием с должности.
Если говорить о локациях, фигурирующих в романе, то все они названы своими настоящими именами – кроме одной, главной: дома, где поселились Георгиевичи и где происходит основное действие.
Никакого «Эрмитажа» в Нескучном саду нет, но есть Летний (он же Чайный) дворец графа Орлова-Чесменского.
Вокруг него я летом 1999 года и ходил, прикидывая, как бы на месте Зюкина я разместил великокняжеское семейство «в походных условиях».
Через несколько лет в этом же особняке создатели фильма «Статский советник» поселят моих террористов и взорвут заслуженное здание к чертовой матери.
На романе «Коронация» романтическо-платонический период фандоринского цикла у меня закончился. Дальше я буду писать под гнетом законов большого книжного рынка, а это совсем, совсем другая история.
Поэтому времена написания «Коронации» вспоминаются мне под саундтрек «О, где же вы, дни любви, сладкие сны, юные грезы весны?»
Продолжение будет завтра...
А если ждать продолжения до завтра вам не хочется, полную версию книги вы можете купить прямо здесь:
Борис Акунин. «Расшифровки»
Борис Акунин
Комментарии
Перетащите изображение сюда