Расшифровки

Дорогие читатели,

Мы продолжаем публиковать книгу Бориса Акунина «Расшифровки». 

Каждый фрагмент будет висеть у нас в Журнале только один день. Если вы не хотите пропустить очередной фрагмент книги, поставьте себе напоминалку в календарь и сделайте закладку на Главную страницу нашего сайта, или подпишитесь на наш Телеграм-канал, чтобы не потерялось.

А ещё в Читальный зал можно зайти в наших приложениях BAbook для iOS и Android.

Редакция Книжного клуба Бабук

Коронация

«… или ПОСЛЕДНИЙ ИЗ РОМАНОВ» – такое расширение получило название книги, потому что я действительно собирался на этом закончить свою беллетристическую деятельность, бросив первоначальный замысел: довести сагу о приключениях везучего героя и невезучей страны до его героической и ее негероической кончины. (По моим тогдашним представлениям об истории истинная Россия в 1917 году приказала долго жить, и началось некое иное государство; потом мое мнение по этому поводу изменилось).

Начав писать романы про Эраста Фандорина весной 1997 года, к осени 1999-го я сочинил уже шесть книг, четыре из которых успели выйти, а пятая и шестая («Особые поручения», «Статский советник») зависли, поскольку проект выглядел провалившимся. Продажи были жалкие, пресса моего Фандорина не замечала. Издатель пал духом, я тоже. С разбегу я взялся за седьмой роман – этот, но на середине сказал себе: кажется, я превратился в графомана, надо остановиться. И прибавил к «Коронации» вторую половину, решив, что все, хватит. Стать богатым и знаменитым, как бы резвяся и играя, да срывая цветы удовольствий, не получится – это из области сказок.

Карма поняла, что я это всерьез, и напугалась. Когда я, краснея, сообщил издателю, что у меня готов еще один роман, Б.Акунин был никто и звали его никак, но вышла «Коронация» уже в иной реальности. Емеля остался на печи, но она взяла и по­неслась. После выхода «Особых поручений» сказка стала былью. «Азазель» за два с половиной года не смог продать 10 тысяч экземпляров. «Коронация» за год разошлась стотысячным тиражом. Как всегда бывает, роза оказалась не без шипов – у меня произойдет первый творческий кризис, но о нем я расскажу в расшифровке следующего романа «Любовница Смерти». Сейчас же скажу лишь, что последним стал Романов, а не роман.

В литературном смысле это был мой первый опыт весьма вольного и даже трудноопознаваемого римейка. Потом будут и лобовые, очевидные римейки, вроде «Гамлета», «Чайки» или «Штабс-капитана Рыбникова», но здесь отсылка пока застенчивая, внятная лишь читателям журнала «Иностранная литература».

В то время я работал там и по должности замглавредактора участвовал в отборе произведений для перевода на русский язык. Плохого мы не брали, только самое лучшее. И я прямо влюбился в роман Кадзуо Исигуро «Остаток дня». Дворецкий Стивенс – квинтэссенция не только всех литературных английских батлеров от Бэрримора до Дживза, но и вообще квинтэссенция английскости. Мне захотелось тоже побыть батлером. (Есть у талантливых произведений искусства такая особенность – читателю хочется самому пожить в создаваемом ими мире). Но только мой Слуга должен быть архетипично русским, решил я. Стал об этом размышлять и пришел к выводу, что английский дворецкий – это кошка, привязанная к дому, а русский – собака, любящая хозяев. Ибо британский этос сакрализует традицию и «родные стены», а русский – душевность. Лично мне живые люди дороже стен, пусть даже родных. И собак я люблю больше, чем кошек – за надежность.

Настоящий британский батлер – это Карсон из сериала «Даунтон». Для этого джентльмена (хотя он себя этим неуместным термином ни в коем случае не назовет) достоинство и честь означают идеальное исполнение своих обязанностей.

Настоящий французский мажордом – Ватель, заколовшийся шпагой по гастрономической причине.

Настоящий русский слуга – Алоизий Егорович Трупп, камер-лакей Николая II, последовавший за своим господином сначала в тюрьму, а затем и в расстрельный подвал. 

Уверен, что мой Афанасий Степанович поступил бы так же. Насчет мистера Фрейби сомневаюсь. У этой кошки, которая гуляет сама по себе, хозяина нет и быть не может. Под видом Freyby автор изобразил самого себя – это «Акунин», если переключить клавиатуру на латиницу. Мы, мистеры Фрейби, конфуцианцы и живем своей собственной жизнью, умиления перед августейшими особами не испытываем. Но к самураям вроде мистера Зюкина относимся с уважением: что ж, есть на свете и чудаки, выбравшие в качестве своего Дао служение. 

Продолжение будет завтра...

А если ждать продолжения до завтра вам не хочется, полную версию книги вы можете купить прямо здесь: 
Борис Акунин. «Расшифровки»