Метаморфозы

Дорогие читатели,

Мы продолжаем публиковать фрагменты из книги Акунина-Чхартишвили «Метаморфозы». 

Каждый фрагмент будет висеть у нас в Журнале только один день. Так что, если не хотите пропустить очередной фрагмент книги, поставьте себе напоминалку в календарь и сделайте закладку на Главную страницу нашего сайта, или подпишитесь на наш Телеграм-канал, чтобы не потерялось. 

А ещё в Читальный зал можно зайти в наших приложениях BAbook для iOS и Android.

Редакция Книжного клуба Бабук

В ТЕМНОТЕ (продолжение)

Волшебство иссякло. Стариками стали они оба. Хворают, еле передвигают ноги, и оба во все дни печальны...

Я отравил эту молодую, светлую жизнь своею вурдалачьей любовью, мрачно подумал запершийся в мрачной комнате человек.

Глядь, Светлана... о творец!
Милый друг ее – мертвец!

Но эти раскаянья были привычными, повседневными. Гибкий ум ухватился за них, чтобы прикрыться тягостною мыслью от мысли невыносимой.

Письмо от Петра Александровича, писаное тому две недели, шло долго, ибо, судя по штемпелю, было доверено почте лишь по пересечении российско-прусской границы. Плетнев предварял в первых же строках, что по «трудности и нервности настоящего момента» отправляет конверт с верною оказией. Российская почтовая цензура такого письма не пропустила бы, а у отправителя могли бы возникнуть серьезные неприятности. Положение Петра Александровича ныне, после уваровской отставки, и так зыбкое. Бог весть удержится ли он в ректорах.

Среди прочего Плетнев сообщил и подробности отставки графа с министерского поста после долгой семнадцатилетней службы. Оказывается, Уваров осмелился опубликовать статью в защиту университетов от новопровозглашенных строгостей. Государь, прогневавшись, начертал прямо на рапорте: «Должно повиноваться, а рассуждения свои держать про себя!» Узнав о том, граф подал в отставку – редкая смелость по нынешним временам. А ведь у господ прогрессистов Уваров всегда слыл реакционером. Какова же российская атмосфера, если даже Сергей Семенович не счел для себя возможным служить далее!

В иных обстоятельствах Василий Андреевич был бы потрясен и взволнован столь эпохальным событием, но уваровская отставка, помянутая в первой части письма, блекла перед содержанием второй его части – о приговоре над участниками преступного сообщества. Петр Александрович по своей должности и по отзывчивости души побывал у Леонтия Васильевича Дубельта, ходатайствовал за одного из осужденных, своего ученика, университетского кандидата Ахшарумова, и узнал от генерала – из уст в уста, при условии полной конфиденциальности – подробности ужасного дела, взбудоражившего всю Россию. Плетнев рисковал, доверяя сведения бумаге, но верно ему там, в столице, вовсе не с кем поделиться смятенными думами, а человеку мыслящему и в особенности пишущему оно необходимо. Горькие помыслы, не обретая выхода, разъедают душу. 

Продолжение будет завтра...

А если ждать до завтра вам не хочется, полную версию книги вы можете купить прямо здесь: 

«Метаморфозы»