BAbook
Книжный клуб Бабук
Книга с продолжением
Аватар Издательство BAbookИздательство BAbook

ИРГ том Х. Разрушение и воскрешение империи

ВНЕШНЯЯ ПОЛИТИКА

Война была не только «отечественной», но и мировой. На сей раз, в отличие от массового самоистребления человечества в 1914–1918 гг., когда между собой сражались однородные политические системы, в схватке сошлись три очень разных мира: нацистский, коммунистический и капиталистический, причем второй и третий объединились против первого. Это сотрудничество не было простым, и всё же свою задачу оно выполнило.

— Смертельная опасность заставила Запад и Восток на время преодолеть противоречия.

— Взаимное недоверие и различие интересов осложняли отношения между союзниками и готовили почву для новой конфронтации.  

Запад и Восток преодолевают противоречия

Накануне 22 июня отношения Советского Союза с США были очень холодными, а с Великобританией — откровенно враждебными. В Вашингтоне, озабоченном японской угрозой, договор о нейтралитете, подписанный между Москвой и Токио в апреле 1941 года, вызывал настороженность. Англичане и вовсе считали Сталина союзником Гитлера, заключившим с Германией пакт о ненападении и продававшим Рейху стратегическое сырье. Во время Финской войны Британия поставляла армии Маннергейма боевые самолеты, артиллерию и боеприпасы. Когда шла воздушная «Битва за Англию», советская пресса явно симпатизировала немцам. Английские коммунисты по заданию из Москвы вели агитацию против «империалистической войны» и устраивали забастовки на оборонных предприятиях, то есть, с точки зрения правительства, занимались саботажем.

Начало восточного «блицкрига» в Лондоне восприняли просто как передышку, которую следует использовать для восполнения потерь. Западные эксперты были уверены, что СССР долго не продержится. Поэтому на раннем этапе войны англо-советское сотрудничество ограничивалось декларациями и обещаниями. Лишь через три месяца после вторжения состоялась первая встреча на серьезном уровне при участии американцев, которые в войну еще не вступили, но были озабочены японской угрозой и считали, что быстрый разгром Советского Союза побудит Токио к агрессивным действиям. Как уже говорилось, с ноября 1941 года СССР был включен в программу лендлиза.

Но только после битвы под Москвой и Пёрл-Харбора начались переговоры о тройственном союзе. Долгое время они оставались непродуктивными. Английский министр иностранных дел Иден посетил Москву, нарком Молотов съездил в Лондон и Вашингтон, но договориться о совместных военных действиях не удавалось. Объяснялось это тем, что на фоне новых тяжелых поражений Красной Армии союзники не верили в прочность «восточного фронта». Они надеялись лишь на то, что «русские» продержатся еще какое-то время, «хотя бы до зимы».

В самый драматичный момент кампании 1942 года, в августе, британский премьер-министр прибыл с визитом в Москву для встречи с советским правителем. Уинстон Черчилль с самого начала был заклятым врагом большевизма и всегда считал Сталина исчадием ада, но теперь пришлось выбирать из двух зол меньшее. «Если бы Гитлер вторгся в ад, я бы выступил перед Палатой Общин с речью в защиту Дьявола», — сказал Черчилль. Вести, с которыми прибыл английский лидер, были нерадостными: у англичан пока нет сил на открытие второго фронта в Европе, они сосредоточат свои усилия в Северной Африке. Операция была довольно скромного масштаба и облегчить положение отступающей Красной Армии не могла. Решающее сражение войны Советскому Союзу предстояло выдержать в одиночку.

Лишь после Сталинграда, когда стало ясно, что СССР устоит, переговоры о втором фронте перестали быть отвлеченными. Это, однако, не означало, что они были простыми.

К 1943 году американцы успели собрать и обучить достаточное количество сухопутных войск, чтобы вести боевые действия в Европе, но стороны долго не могли договориться, где именно откроется второй фронт. Москва добивалась, чтобы удар был нанесен с запада, из Франции, откуда было ближе до германской территории; Черчилль настаивал на средиземноморском направлении. 

Вопрос решился без участия Советского Союза. В январе 1943 года на конференции в Касабланке англичане и американцы договорились высадиться в Италии. Так было проще — в Северной Африке у союзников скопились значительные силы.

Красная Армия выдержала немецкий удар под Курском, англо-американский десант захватил Сицилию, из войны вышла Италия, но все эти успехи победы не принесли. Вермахт по-прежнему был силен, линия фронта на западе и на востоке стабилизировалась, на севере Апеннинского полуострова вновь утвердилась власть Муссолини.

Для выработки согласованных действий и общей стратегии был создан новый инструмент — трехсторонние встречи на высшем уровне. Руководители ведущих держав антигитлеровской коалиции должны были договариваться между собой напрямую.

Первая историческая встреча этого формата состоялась 28 ноября — 1 декабря 1943 года в Тегеране, столице Ирана, оккупированного британскими и советскими войсками двумя годами ранее, по совместной договоренности. (Этот шаг был призван защитить нефтедобывающие районы Азербайджана и Персидского залива от возможного германского рейда).


Тегеранская конференция 

Легкий на подъем Черчилль путешествовал часто, но для инвалида Рузвельта и для опасавшегося самолетов Сталина это было серьезным предприятием. Советский вождь доехал поездом до Баку и только оттуда совершил короткий перелет до Тегерана (это единственный случай, когда Сталин отважился на авиапутешествие).

Формат оказался действенным. По самому главному вопросу — о совместных военных операциях — стороны, хоть и не без труда, договорились. Был установлен тесный контакт между генштабами. Разрешился и вопрос о втором фронте. Черчилль уступил: высадку назначили в северной Франции. Готовность к компромиссу проявил и Сталин. Еще перед Тегеранской встречей он совершил акт, воспринятый на Западе как жест доброй воли. Зловещий Коминтерн, четверть века пугавший буржуазные правительства своей подрывной деятельностью, был упразднен. В последнем постановлении президиума организации объявлялось, что он «призывает всех сторонников Коммунистического Интернационала сосредоточить свои силы на всемирной поддержке и активном участии в освободительной войне народов и государств антигитлеровской коалиции для скорейшего разгрома смертельного врага трудящихся — немецкого фашизма». В СССР даже поменяли государственный гимн. Вместо прежнего, призывавшего к восстанию «весь мир голодных и рабов», теперь стали петь про то, что «Союз нерушимый республик свободных сплотила навеки великая Русь», то есть интернационалистский курс окончательно сменился великодержавным русским.

Пошел Сталин навстречу американцам и в вопросе, который в 1943 году занимал Рузвельта больше всего: о симметричном открытии второго фронта против Японии. Правда, Советский Союз пообещал перекинуть войска на Дальний Восток лишь после поражения Германии.

Прямым следствием тегеранских договоренностей стал разгром основных сил Вермахта летом следующего года. Грандиозное наступление Красной Армии в Белоруссии, операция «Багратион», совпало с не менее грандиозной операцией «Оверлорд», обрушившей на Германию с запада удар трехмиллионной американско-британской армии. Не имея возможности перебрасывать с фланга на фланг резервы, немецкое командование потерпело поражение на обоих направлениях. Война вошла в завершающую стадию. Теперь победа была всего лишь вопросом времени.

И между союзниками сразу же начались раздоры, «сердечное согласие» затрещало по швам.

Купить книгу целиком