Психология

Роман о пятидесятых годах и о психологическом диагностировании.

"Квартал" – лучшее, что я написал. Если бы ее написал не я, это была бы моя любимая книга. А так – одна из любимых.

Исследование феномена суицида на примере писательских биографий

Любовь никуда не денется, она светлее любой темноты

Когда Ане было 8 лет, родители отправили ее на летние каникулы к бабушке. Домой Аня вернулась только через шесть лет

Эта книга заставляет людей смеяться и плакать

«За верный угол ровного тепла я жизнью заплатил бы своевольно…» Загадочная строчка Арсения Тарковского могла бы стать эпиграфом этой книги

Документальный роман, основанный на личных дневниках автора 2005–2006 годов

История началась со знакомства в интернете с обыкновенным швейцарцем из предальпийской деревеньки

Что нужно знать о возможностях переезда и жизни в другой стране

Что должны знать родители о проблемах детей в иммиграции

Как сохранить у детей в иммиграции родной язык и культуру

После тяжелого инфаркта в жизни пожилой женщины произошли странные изменения

Любой, кто прочтёт и поймёт эту книгу, сможет профессионально пугать окружающих и даже самого себя

На примере анализа нескольких проблемных ситуаций автор предлагает свой «ключ» к решению мировых проблем

С начала полномасштабной войны в Украине клоун Робин работает в центрах для беженцев и переселенцев

Хотите, чтобы Ваш ребенок свободно говорил на двух и более языках? Тогда эта книга для вас

Эмиграция, семья и музыка Цюриха: история о поиске себя в новом мире

Берёзы, воспоминания и эмиграция: путь от подмосковного детства к жизни в Швеции

Переход через боль, любовь и воспоминания — мост длиною в жизнь

Смешные, трогательные и честные истории о женщинах, которые живут вопреки ожиданиям

После катастрофы Анна плывет по затопленному миру на плоту-контрабасе. Философия, страх, надежда.

«После секты» — откровенная история о побеге из духовного и жизненного плена, поиске себя, преодолении прошлого и обретении настоящей любви.

Роман о жизни и фантазиях, любви и войне, переплетённых письмами в ожидании будущего.

Успешный, но глубоко несчастный человек посещает провинциальный город, в котором в юности провёл несколько насыщенных яркими событиями месяцев.

Обычная жизнь снаружи, фантасмагория и откровение — внутри. Простая проза, полная силы.

Как быть родителем в мире войны, страха и бегства? Зицер ищет ответы на грани любви и боли.

Попытка поймать ускользающую эпоху в трёх повестях о взрослении и памяти 90-х.

Роман поколения, которое не выбрало ни революции, ни покоя.

Книга о невидимых жертвах войны: людях на её периферии, чьи судьбы ломает чужая жестокость.

Четырнадцать рассказов о времени, идентичности, памяти и невидимой нити, что связывает всё.

Воспитание сильнее судьбы.

Как обсуждать, получать и доставлять удовольствие

Эссе, сны и новеллы о человеческой хрупкости, правде и внутренней доброте без прикрас.

Исповедь, философский эксперимент и разговор со смертью, ставший литературным откровением.

Как риторика Путина превращает войну в инструмент легитимации и самооправдания государства.

Южная Америка глазами психотерапевта: путешествия, смыслы и человеческие отражения

Герои рассказов, живя безбедно и спокойно, одержимы поиском любви и счастья — рискуя своей судьбой.

Сборник любимой малой прозы за 17 лет: тексты, что стали тоньше и актуальнее со временем

Антология «100 лет русской зарубежной прозы» возвращает голоса изгнанных писателей, сохранивших свободу в книгах

Записки психиатра и поэта о безумии, страхах и сострадании, о больных, коллегах и самом себе

Герои книги вступают в дуэль с собственными зависимостями, не замечая, как рушится их мир и надежды

Исследование того, как замкнутые сообщества превращаются в инструмент подавления протеста и управления страхом

Три повести о художнике, которого всё время отбрасывает то к холсту, то к капельнице, то к очередной иконе на стене

Рассказы о людях, которые учатся быть одни — и всё же слышать рядом чужую боль

Истории, собранные в повести «Сквозная линия», связаны темой лжи, а точнее — выдумки

Роман о людях, решивших начать с добра и слишком поздно увидевших, как устроен мир

Книга о том, как внимательное родительство помогает ребёнку вырасти уверенным, любимым и опирающимся на себя

Рассказы и повесть о людях, в которых сила, слабость, смешное и горькое существуют одновременно

Книга о философии как практике: не о системах, а о прояснении жизни, опыта и собственного взгляда

Эссе 1931–1963 годов: о войне, мировом порядке, искусстве и свободе мысли, не утратившей ясности

Историческое и психологическое расследование загадочной смерти Владимира Бехтерева после его визита к Сталину в Кремль.

Это история о жизни в эмиграции. Однако главное в ней — семейная драма

Сказки, в которых вещи говорят человеческими голосами — смешно, точно и иногда неожиданно больно

Молодой журналист в эмиграции пишет письма, которые не отправит, пытаясь не исчезнуть вместе с прежней жизнью

Два клоуна едут к детям у линии фронта — и учатся продолжать работу, когда мир внутри трещит

Опыт обобщения данных классической нейрофизиологии

Не все остаются одни. Иногда одиночество само выбирает человека

Роман о современной израильской семье, оказавшейся перед невозможным выбором. Каждый уверен, что защищает семью.

Остроумные рассказы врача-анестезиолога о больнице, пациентах, страхах, юморе и выборе профессии.

Пятьдесят лет метафизических поисков — в одной книге.

Выбор между любовью и свободой в судьбах десяти знаменитых американцев: супругов Рузвельт, Вуди Аллена, Ричарда Бартона, Билла Клинтона и пяти писателей.

Как мозг заставляет нас делать глупости

О пользе томографа, транскраниального стимулятора и клеток улитки для понимания человеческого поведения

Краткий путеводитель по переходу из лагеря чайлдфри к тихим радостям семейственности