Покаянные дни
Две сестры. Продолжение
Дорогие читатели,
Мы продолжаем публиковать роман Олега Радзинского «Покаянные дни».
Каждый фрагмент будет висеть у нас в Журнале только один день. Если вы не хотите пропустить очередной фрагмент книги, поставьте себе напоминалку в календарь и сделайте закладку на Главную страницу нашего сайта, или подпишитесь на наш Телеграм-канал, чтобы не потерялось.
А ещё в Читальный зал можно зайти в наших приложениях BAbook для iOS и Android.
Редакция Книжного клуба Бабук

Олег Радзинский
Две сестры
Продолжение
Далецкая расстраивалась, что в жизни мама не такая красивая и молодая, как на фотографиях, прикрепленных клейкой лентой у нее над кроватью в интернате. Мама была не стройная, а тощая — с выступающими ключицами, острыми коленками и торчащими косточками у больших пальцев ног. Косточки болели, но мама упрямо носила узкие туфли и узкие сапоги на острых каблуках. Далецкая хотела ей рассказать про вальгусную деформацию стопы — она прочла про это в интернете, но потом передумала: мама никого не слушала и не понимала, что себя нужно беречь. Она не заботилась ни о себе, ни о других. Как когда-то решила не заботиться о Далецкой.
Мама была почти старая — не как на фотографиях. И она не улыбалась и не смотрела загадочно и маняще, как когда-то смотрела на Далецкую со стен интерната. Тощая, некрасивая, старая. Пахнущая табаком и микробами. Совсем не та мама, какую хотела себе Далецкая.
Она не любила маму: та не заслуживала ее любви.
Теперь Далецкая любила папу: она его никогда не видела. Он жил в Москве и был знаменитый. Папа снимал фильмы и в одном из них снял маму: та была молодой и красивой. Не то что теперь.
Фильм, где мама сыграла главную роль, после чего у нее родилась Далецкая, назывался «Надрыв». У мамы в шкафу с книгами стояли две кассеты с фильмом «Надрыв», хотя Далецкая так и не поняла, зачем две: они же одинаковые? На всякий случай она посмотрела обе, одну за другой, убедиться, что там одно и то же.
Перед тем, как смотреть фильм, Далецкая прочитала про него в интернете, чтобы знать, о чем. Она всегда так делала: легче смотреть. Критики писали одно и то же: «Надрыв» — история российской провинциальной интеллигенции, не пережившей перестройку, не перестроившейся. Молодая женщина Дина — ее играла мама — живет в большом провинциальном городе, у нее семья — муж, ребенок. Ребенок — маленький мальчик — мелькнул в фильме два раза, а потом как-то пропал. Далецкая так и не поняла, куда он делся. Возможно, его отправили в интернат.
Дина — художница, но ее работы теперь никому не нужны. Ее муж Аркадий — тоже художник, и тоже никому не нужен. Так они и живут, никому не нужные. Далецкая посмотрела фильм три раза, но ей осталось не ясно, почему они стали не нужны и кому были нужны раньше.
В фильме «Надрыв» много молчали. Сидели и молчали, глядя перед собой, пока солнце спускалось на медленную реку, растворяясь в поблекшем небе. Шли и молчали, глядя перед собой, пока по улице пробегала непородистая собака и камера уходила за ней, бросая героев. Критики не объясняли, почему Дина и Аркадий столько молчат. Далецкая смотрела на молчащих и думала, что они могли бы поговорить и решить, как снова стать нужными. Но они молчали и курили. Как мама по утрам.
Еще в фильме часто шел дождь. Мама смотрела на дождь и была несчастлива. Далецкая об этом догадалась сама, потому что в фильме мама просто смотрела на дождь и молчала. Оставалась ненужной.
Критики писали про работу с кадром и светом, про использование режиссером Найденовым дальних планов. Далецкая поняла, что папа — лучше других. Он жил в Москве. Она нашла в интернете про папу все, что можно: оказалось, у него другая семья. Жена и дочь — чуть старше Далецкой. Она его не осуждала: возможно, папина жена лучше, чем мама. Наверное, не курит и думает о своем поведении.
В фильме «Надрыв» Дина в конце концов начинает изменять Аркадию с бандитом Иваном. Она не любит Ивана: любит своего мужа, но изменяет ему с бандитом. Далецкая так и не поняла, почему. Дина не скрывает свои измены от Аркадия, и оба продолжают молчать. Словно ничего не происходит. Потом Аркадий вешается. Дина находит его в кухне, садится, закуривает и молчит. Смотрит на мертвого мужа и его последнюю картину, которую он ей оставил, вместо того, чтобы звонить в милицию или скорую помощь. Она курит, а бандит Иван давит на гудок машины около подъезда: хочет, чтобы Дина к нему вышла. Так гудком фильм и заканчивался: оставалось не ясно, пошла ли Дина к Ивану или осталась молча сидеть в квартире, где под потолком в сигаретном дыму красиво висел ее муж. Далецкая так и не поняла, хотя смотрела три раза.
Продолжение будет завтра...
А если ждать продолжения до завтра вам не хочется, полную версию книги вы можете купить прямо здесь:
Олег Радзинский. «Покаянные дни»

Олег Радзинский
Комментарии
Перетащите изображение сюда