Покаянные дни

Дорогие читатели,

Мы продолжаем публиковать роман Олега Радзинского «Покаянные дни». 

Каждый фрагмент будет висеть у нас в Журнале только один день. Если вы не хотите пропустить очередной фрагмент книги, поставьте себе напоминалку в календарь и сделайте закладку на Главную страницу нашего сайта, или подпишитесь на наш Телеграм-канал, чтобы не потерялось.

А ещё в Читальный зал можно зайти в наших приложениях BAbook для iOS и Android.

Редакция Книжного клуба Бабук

Две сестры
Продолжение

По утрам в большой комнате (мама называла ее «общая», должно быть, что-то из ее детства) Далецкая смотрит телевизор. Без звука, чтобы не будить папу. Раньше, когда она появилась — в другом теперь мире, Далецкая называла папу Роман Кириллович. Теперь говорит «папа». Пока не ему, не впрямую, а в разговорах о нем: «Папа попросил меня разобрать записи о съемках «Надрыва». «Папа уехал на студию». «Папа сегодня нездоров». Был Роман Кириллович, стал папа. То есть, на самом деле он всегда был папа, только сначала она не решалась.

Она вообще не спешила: оглядывалась, приживалась. Выжидала — тихо-тихо: спала на Глашином диване в кухне. Мыла посуду за всеми: папа никогда за собой не моет, Костя моет, но иногда. Я мыла за другими, пока не появилась Далецкая: Ася, что вы, давайте я вымою, вы же на работу спешите. Я все равно за Романом Кирилловичем сейчас убираю. И Костину помою. Идите-идите, я Сюзанну Георгиевну покормлю, уже сварила овсянку. Я присмотрю. Ей еще памперсы нужны — заканчиваются. Идите-идите.

Я и шла. А Далецкая оставалась. А теперь вроде как мы приходим к ней домой. Теперь — полгода спустя — она спит на кушетке в папином офисе. Кушетка из зеленой кожи. Разве кожа бывает зеленой? Наверное, у крокодилов. Но эта — не из крокодильей, из обычной, только крашеная. Кушетка длинная, и нормальный человек мог бы спать, не то что Далецкая. Она бы и в кресле поместилась с ее ростом. Нехорошо так думать, но я думаю. Мне внутри не для кого быть хорошей: никто же не видит.

В большой (общей?) комнате работает телевизор. В телевизоре — война в Украине. Звук выключен, но и так все понятно: скоро возьмут Киев. Повторяют вечерние передачи — соловьевы, симоньяны, скабеевы разрываются от напряжения: поясняют. Выхода не было. Президенту не оставили выхода. Мы предупреждали. Восемь лет. Дети Донбасса. Где вы были восемь лет. НАТО собиралось напасть. Боевые комары. Все и так понятно, без звука. Даже еще понятнее.

Рядом с Далецкой на длинном, обитом синим с золотом велюром диване, сидит мама. С прямой спиной, не опираясь — как обычно. В детстве мама занималась балетом — училище Большого театра. Почти закончила, но в девятом классе сломала стопу. Поступила в Щукинское. А осанка осталась.

Ася, я Сюзанну Георгиевну еще не кормила, она так рано не будет. Я потом, попозже, вы не переживайте. Прослежу. Она у меня хорошо кушает.

Так и говорит: кушает. Нельзя же так: «кушает» в третьем лице допустимо только о ребенке — «маленький Вася кушает кашку». Мама — взрослая, все-таки она ест, а не кушает. Или мама уже как ребенок и про нее можно? Или Далецкую ее мама не учила правильно говорить? Странно, актриса все-таки. Хоть и в провинции.

Мама-актриса ее любила: Далецкая рассказывала, как мама ее любила. Какое у нее было счастливое детство и как она совсем не страдала от того, какой родилась, потому что родилась у мамы, которая ее любила.

У них в квартире стояла специальная, сделанная на заказ, мебель — для Далецкой, чтобы ей было легче сидеть на стульях. И везде маленькие подножки: встала и достала, что нужно. Потому что мама ее любила и хотела, чтобы ей было удобно.

Ее мама отказывалась от съемок в кино, чтобы быть с ней побольше: понимала, что нужна больному ребенку. Хотя какая она больная? Просто маленькая.

Из-за меня никто не отказывался от съемок. И не отказался бы. Никто не читал мне на ночь, как ее мама читала маленькой Далецкой, укладывая свою дочку-дюймовочку в специально сделанную кроватку. Как в кувшинку. Со мной не гуляли в парке, как с ней. Не интересовались мною. Не любили, как мама ее любила. Просто зависть берет.

Продолжение будет завтра...

А если ждать продолжения до завтра вам не хочется, полную версию книги вы можете купить прямо здесь: 
Олег Радзинский. «Покаянные дни»