Расшифровки

Дорогие читатели,

Мы продолжаем публиковать книгу Бориса Акунина «Расшифровки». 

Каждый фрагмент будет висеть у нас в Журнале только один день. Если вы не хотите пропустить очередной фрагмент книги, поставьте себе напоминалку в календарь и сделайте закладку на Главную страницу нашего сайта, или подпишитесь на наш Телеграм-канал, чтобы не потерялось.

А ещё в Читальный зал можно зайти в наших приложениях BAbook для iOS и Android.

Редакция Книжного клуба Бабук

Смерть Ахиллеса
Продолжение

Подростком Ахиллес скрывается на острове Скирос в девичьем платье. Ахейцы выкладывают перед девицами дары, среди которых один мужской – кинжал, и юноша хватается за него, тем самым себя выдав. То же самое происходит у меня в Скировском приюте.

Кикн, зловредный сын Посейдона, досаждавший Ахиллесу и удушенный им, превратился у меня в школьного булли Кикина, нашедшего конец в пучине.

Препятствовавший высадке ахейцев царь Теней, пронзенный Ахилловым мечом, превратился в инспектора Тенетова.

Эпизод с Евгенией – вольный пересказ легенды об Ифигении, прекрасной дочери царя Агамемнона, который соглашается принести ее в жертву, дабы умилостивить богов.

Леонард Брамер. «Жертвоприношение Ифигении»

Юный брюссельский адвокат мэтр Ликоль – это сын троянского царя Ликаон, оказавшийся во власти Ахиллеса и безжалостно им умерщвленный несмотря на трогательные мольбы: «Ноги объемлю тебе, Ахиллес, и помилуй! Я пред тобою стою как молитель, достойный пощады!»

С этим эпизодом связана еще одна история, неантичная. Незадолго перед тем я побывал в Брюсселе, где все обсуждали процесс серийного маньяка Марка Дютру, который похищал и убивал девочек. Особенное негодование общества вызывала судебная система, которая несколькими годами ранее выпустила этого осужденного педофила и насильника из тюрьмы досрочно, что и позволило ему совершить новые преступления. Судя по отчетам прессы, Дютру был каким-то фантастическим выродком. Непонятно, как такого можно было выпустить из клетки. 

Брюссельский маньяк и его жертвы

Вот я и решил сконструировать ситуацию, при которой подобное могло бы случиться со злодеем, вызывающим ненависть у всей страны. Мой Ахиллес справился с этой трудной задачей, совершив еще один злодейский подвиг.Ну и, конечно, схватка Фандорина с Ахимасом на Троицком подворье у Свейских ворот (каковых в Москве нет и никогда не было) соответствует ходу поединка между Ахиллесом и Парисом в Трое у Скейских ворот. В момент, когда фандоринская стрела поражает врага в Ахиллесово сухожилие, многие читатели впервые начинают подозревать, что эта ситуация им, кажется, знакома, и расшифровывают всю античную макроаллюзию.

То, что Фандорин – Парис, которого Афродита наделила «прелестью и красой», надеюсь, читателей не удивляет. 

На картине Гэвина Гамильтона наш Эраст Петрович слева, 
Ахимас справа. (А вокруг – читатели, которым его жалко).

У многих персонажей романа имеются не мифологические, а вполне реальные прототипы, которых без труда распознает хорошо знающий историю читатель – обычно я слегка изменяю фамилию исторической личности или делаю весьма толстый намек на подлинное имя.

Продолжение будет завтра...

А если ждать продолжения до завтра вам не хочется, полную версию книги вы можете купить прямо здесь: 
Борис Акунин. «Расшифровки»