Преемник

Дорогие читатели,

Мы продолжаем публиковать книгу Михаила Фишмана  «Преемник». 

Каждый фрагмент будет висеть у нас в Журнале только один день. Так что, если не хотите пропустить очередной фрагмент книги, поставьте себе напоминалку в календарь и сделайте закладку на Главную страницу нашего сайта, или подпишитесь на наш Телеграм-канал, чтобы не потерялось.

А ещё в Читальный зал можно зайти в наших приложениях BAbook для iOS и Android.

Редакция Книжного клуба Бабук

Кровавая полоса

К ночи 3 октября ни у военных, ни у президента не было никакого плана, что делать дальше. Инициатива исходила от главы президентской охраны Коржакова. Незадолго до совещания его заместитель, специалист по диверсионным операциям Геннадий Захаров (в августе 1991-го он разрабатывал план защиты Белого дома от ГКЧП), предложил ему три варианта действий:

1. Под покровом ночи в здание заходит профессионально обученный для подобных действий спецназ и захватывает предводителей мятежа. «С рассветом этот вариант не проходил, – вспоминал потом Захаров, – потому что штурмующие подразделения понесли бы большие потери на подходе к Белому дому». Но ночью этот вариант привел бы к наименьшему количеству человеческих жертв.

2. Захват Белого дома тем же спецназом, но уже днем и при поддержке войск: «Демонстративно начать штурм Белого дома, но не входить туда. И чтобы в это все поверили. Растащить силы охранников Белого дома по периметру здания». А тем временем, как в первом варианте, внутрь заходит спецназ. По замыслу, операция тоже проходит бескровно.

3. Если штурм затягивается и оборона Белого дома организована должным образом. Тогда Белый дом окружают танки и артиллерия и открывают огонь по пустующим этажам, чтобы посеять панику среди защитников, и уже потом внутрь заходит спецназ. Жертв будет не избежать.

Свидетельства о том, как проходило историческое ночное совещание в Министерстве обороны, у всех его участников сходятся, включая Ельцина. Вел встречу премьер-министр Черномырдин. После вопроса, какие будут предложения, повисла тяжелая пауза. Тогда Коржаков позвал Захарова, и тот предложил все три варианта (хотя все остальные участники встречи потом вспоминали только про третий). «Когда появился реальный план, стало легче, – писал Ельцин, – с ним можно было спорить, не соглашаться, уточнять, но уже была точка отсчета». Сергей Филатов описывал последовавшую сцену так: «Признаюсь, от такого плана (имеется в виду вариант № 3. – М. Ф.) стало жутковато: показалось, что при этом мало кто из белодомовцев останется в живых. На вопрос Черномырдина, какие есть предложения и замечания, присутствующие откликнулись молчанием. Только Павел Сергеевич [Грачев] совсем тихо произнес, обращаясь к президенту:

– Нужен письменный приказ, Борис Николаевич!

– Что-о???»

«Я вам его пришлю», – после паузы хмуро ответил Ельцин и ушел. Как потом вспоминал Грачев, так и не прислал, но вопрос об участии армии был решен. Первые два варианта штурма – наиболее бескровные – отпали сами собой: задачи были поставлены слишком поздно, спецназ не успевал подойти ночью, не было налажено взаимодействие между военными и спецназом. Той же ночью Ельцин заехал в штаб-квартиру спецназа «Альфа», где его вопрос, будет ли выполнен приказ, был встречен гробовым молчанием. Историк Олег Мороз так и пишет: после того как Ельцин ушел, офицеры спецназа прямо сказали начальству, что приказ выполнять не будут. Согласились они, когда один из крупных бизнесменов привез им деньги. Не подошли к Белому дому вовремя, то есть к 6 утра, и военные. Опять-таки, видимо, потому что их пришлось уговаривать: им тоже были обещаны премии. Грачев потом опровергал слухи о том, что военным заплатили. Возглавлявший операцию его заместитель Георгий Кондратьев выразился аккуратнее: «Не знаю, кто получил из военных. Я о всех военных говорить не буду. Вот я лично – военный, я не получил ни копейки и не взял бы даже».

О том, что происходило днем 4 октября в центре Москвы, весь мир наблюдал в прямом эфире CNN. К семи утра перед Белым домом появились бэтээры и грузовики с десантниками. Их встретили огнем. Скоро стало понятно, что снайперы из отрядов обороны Верховного совета сидят на верхних этажах и Белого дома, и здания мэрии через дорогу, и других близлежащих домов. «Без пяти семь в понедельник кто-то меня разбудил, – писала находившаяся все эти дни в Белом доме журналистка газеты «Коммерсантъ» Вероника Куцылло, – я спала в буфете, на 6-м этаже, на составленных стульях. Стала слышна автоматная стрельба. Я выглянула: у здания стояли БТР и стреляли – по баррикадам, машинам, брезентовым палаткам, где еще накануне ночевали защитники парламента. Были видны люди, лежащие на площади: то ли раненые, то ли убитые. Одного из них за руки протащили к Белому дому, и на площади за ним осталась кровавая полоса».

Первый танковый залп по Белому дому прозвучал в 10.03 – именно в эту минуту навсегда остановились часы на его крыше. Павел Грачев потом описывал этот исторический момент так: «Я говорю: «Ребята, крыши видите? Отсчитывайте. Один, два, три, четыре, пять, шесть, семь, седьмое окно. Это предположительно кабинет Хасбулатова, они там. Надо попасть туда в окно. Попадете?» – «Товарищ министр, только со стрельб танк, нормальный». – «А есть снаряды?» – «Боевые или такие?» – «Какие боевые? Ты че, сдурел? Болванки давайте».

По мере того как здание Белого дома окутывал черный дым, все большее изумление вызывала толпа зевак, собравшаяся на набережных и на мосту через Москву-реку. Люди приходили смотреть на штурм целыми семьями, иногда с детьми, и многие из них вскоре погибнут от снайперских пуль – от прицельных ранений в голову, шею, сердце, как расскажут прибывшие на поле боя врачи. Военные тоже отвечали огнем на любое шевеление и убивали случайных прохожих, принимая их за боевиков. Иногда огнестрельные стычки вспыхивали вокруг здания и в соседних переулках. Всего танки совершили 12 выстрелов и прекратили стрельбу в 2 часа дня, но автоматный и ружейный огонь длился еще долго. «Было видно, как в коридоре проносили носилки с ранеными и убитыми, – писала Вероника Куцылло. – Кажется, раненых было меньше, чем убитых. Один труп долго лежал у внутреннего лифта. Да и вообще, практически невозможно было пройти по коридору, не встретив на ковре темных пятен свежей крови».

Около четырех часов дня Немцов вышел с совещания Черномырдина с губернаторами и пошел по Новому Арбату: «На Новом Арбате снайперы со стороны Руцкого и Хасбулатова сидели на высотках и простреливали трассирующими пулями весь Арбат». Но развязка уже была близка: через час Руцкой сдался, а к шести часам вечера Белый дом был взят – спецназу даже не пришлось его штурмовать. Руцкой и Хасбулатов были арестованы. Все было кончено.

Число погибших 3–4 октября неизвестно до сих пор, а следствие по уголовному делу о мятеже так и не было доведено до конца. В официальном списке следственной бригады Генеральной прокуратуры 147 фамилий убитых. Активист «Мемориала»[*] Евгений Юрченко проведет расследование и назовет другие цифры: минимум 250 погибших.

Седьмого октября, в день траура и похорон, Ельцин сказал своим помощникам, что поедет по всем кладбищам. «Все не объедете», – был ответ.

---

[*] Правозащитный центр «Мемориал» ликвидирован в РФ по решению суда. Ранее он был включен в реестр иноагентов.

---

Продолжение будет завтра...

А если ждать продолжения до завтра вам не хочется, полную версию книги вы можете купить прямо здесь: 
Михаил Фишман. «Преемник»