Издательство BAbookДиктаторы обмана
Дорогие читатели,
Мы продолжаем публиковать книгу Сергея Гуриева и Даниела Трейсмана «Диктаторы обмана».
Каждый фрагмент будет висеть у нас в Журнале только один день. Так что, если не хотите пропустить очередной фрагмент книги, поставьте себе напоминалку в календарь и сделайте закладку на Главную страницу нашего сайта, или подпишитесь на наш Телеграм-канал, чтобы не потерялось.
А ещё в Читальный зал можно зайти в наших приложениях BAbook для iOS и Android.
Редакция Книжного клуба Бабук
ГЛАВА 5. ДЕМОКРАТИЯ ДЛЯ ДИКТАТОРОВ (продолжение)
Рафаэль Сеспедес, доминиканский политический консультант, отвечал за то, чтобы придать кандидату немного лоска. «Короткая военная стрижка, изнуренное лицо, – вспоминал Сеспедес. – Он… не умел улыбаться». Он отправил Чавеса на телешоу, в котором ведущая буквально препарировала биографию команданте. Она ожидала увидеть перед собой неотесанного десантника, а перед ней предстал очаровательный рыцарь: он вручил ей букет цветов и называл «юной дамой» (doñita). И успешно отбился от ее язвительных вопросов.
Стал ли Чавес демократом? Вряд ли. «Если я попаду в Мирафлорес, – сказал он одному другу, выйдя из тюрьмы, – никто уже не отберет у нас власть». Оказавшись во дворце, он не отступал от этого плана. «Оппозиция никогда не вернется к власти, хоть честным, хоть нечестным путем», – уверял он. Он говорил, что останется на должности «до 2030-го». Выборы 1998 года создали ему «тактическое окно», но он никогда и не предполагал зависеть от «каких-то там заместителей, каких-то губернаторов, вести переговоры».
Вместо этого он использовал свою популярность, чтобы разрушить конституционную систему сдержек и противовесов. В момент прихода к власти его поддерживали более 90 % населения. Понимая, что рано или поздно поддержка начнет ослабевать, он инвестировал свои космические рейтинги в создание более долговечных институциональных преимуществ, сетей сторонников и в контроль над СМИ. Через три месяца на народном референдуме он получил полномочия для созыва конституционной ассамблеи. Избиратели отдали соратникам Чавеса 93 % мест. Новая ассамблея распустила Конгресс и подготовила проект конституции, который увеличивал срок пребывания президента на посту до 6 лет, снимал запрет на его немедленное переизбрание, давал военным – вероятным избирателям Чавеса – право голосовать на выборах и упразднял Сенат, до того создававший противовес власти президента.
Избрав послушный новый Конгресс, Чавес с его помощью расширил состав Верховного суда с 20 до 32 судей и провел туда своих сторонников. На первом заседании 2006 года судьи в мантиях стоя исполнили «любимую песенку своего благодетеля “Uh, ah, Chávez no se va” (“О! А! Чавес [никуда] не уходит!”)». Его приближенные захватили контроль над венесуэльской золотой жилой – национальной нефтяной компанией PDVSA. На ее доходы Чавес раздавал деньги и посты для борьбы с бедностью. К 2006-му четверо из пяти членов Национального избирательного совета, а также руководитель главного контрольного управления и генпрокурор были чавистами. Чтобы усмирить критиков, Конгресс принял законы, устанавливающие тюремные сроки для тех, кто демонстрирует «неуважение» к государственным служащим, и разрешающие приостанавливать деятельность СМИ, которые «поощряют, оправдывают или провоцируют нарушения общественного порядка или идут вразрез с интересами национальной безопасности».
Отвечая на вопросы о своей приверженности демократии, Чавес никогда не лез за словом в карман. «Меня избирали один, два, три, четыре раза, – говорил он. – В Венесуэле выборы проводятся каждый год». Действительно, за десять лет, с 1999-го по 2008-й, в стране состоялись восемь национальных избирательных кампаний и три раза проходили выборы на региональном или местном уровне. (В них Чавес потерпел только одно крупное поражение – на референдуме 2007 года.) Его друг Луис Инасиу Лула да Сильва, президент Бразилии и демократ в более привычном понимании этого слова, даже находил в Венесуэле «избыток демократии». Но вместо того, чтобы ограничивать произвол лидера, голосования становились инструментом постоянной накачки его популярности и дискредитации оппонентов.
Что до насилия, то он теперь осознавал всю обманчивую полезность этого инструмента. Он больше не применял силу сам, а обращал агрессию оппозиции против нее самой. Когда в 2002-м его противники организовали переворот и на 47 часов отстранили Чавеса от власти, разъяренная толпа пришла требовать освобождения президента, и вся затея провалилась. Это происшествие усилило позиции Чавеса. Он часто поддразнивал своих критиков в расчете на то, что они займут более радикальную позицию и дискредитируют себя сами. «Он никогда не отвечает так, как этого ждут его враги… силой», – объяснял его биограф, Альберто Баррера. И в 1992-м, и в 2002-м «Чавес отступал и сдавался. Но отступая, он побеждает».
Продолжение будет завтра...
А если ждать до завтра вам не хочется, полную версию книги вы можете купить прямо здесь:
