Издательство BAbookМетаморфозы
Дорогие читатели,
Мы продолжаем публиковать фрагменты из книги Акунина-Чхартишвили «Метаморфозы».
Каждый фрагмент будет висеть у нас в Журнале только один день. Так что, если не хотите пропустить очередной фрагмент книги, поставьте себе напоминалку в календарь и сделайте закладку на Главную страницу нашего сайта, или подпишитесь на наш Телеграм-канал, чтобы не потерялось.
А ещё в Читальный зал можно зайти в наших приложениях BAbook для iOS и Android.
Редакция Книжного клуба Бабук
КНИГА ЖИЗНИ (продолжение)
После концерта, выслушав все комплименты и учтиво за них поблагодарив, она наконец осталась в одиночестве. Подошла к открытому окну, остудить ночной свежестью разгоряченное лицо.
Сзади послышались шаги, пахнуло знакомыми духами. Луиза закрыла глаза.
– Как я завидовал этому самодовольному, избалованному фортепиано, которого касались ваши пальцы, – сказал нежный тихий голос. – Всё бы отдал, чтобы быть на его месте...
Обернувшись, Луиза ответила очень просто и серьезно:
– Вам не нужно тратить время на то, чтобы меня очаровывать. Я и без того ваша. Вся, без остатка.
Той же ночью они стали любовниками. Он у нее первым, она у него – тысяча первой. Самый великий литератор Италии был еще и самым великим ловеласом – да не Италии, а всей Европы. «Я тысячекратно жил, ибо любил тысячу женщин», – сказал Габриэле в недавнем интервью. О его «романах», «поэмах» и «драмах» (он сам делил свои любови на эти жанры) писали, спорили, сплетничали последние лет тридцать. «Новеллам», «сонетам» и «хайку» (такое коротенькое японское стихотворение) вовсе не было числа. Подруги Барда все были либо талантливы, либо высокородны, либо баснословно богаты, либо сказочно красивы, а нередко все четыре достоинства соединялись. Ревновать Барда никому из возлюбленных не приходило в голову – это было бы все равно, что потребовать от бабочки садиться на один-единственный цветок.
Из палаццо Видаль, после концерта и банкета, они отправились на гондоле в Казетта-Росса, прелестный красностенный особняк, который Аннунцио арендовал у князя Гогенлоэ. К причалу их проводила хозяйка, глядя на счастливую соперницу враждебно, а на Поэта печально. «Ты ведь ко мне вернешься?» – жалобно сказала она, когда Габриэле на прощанье поцеловал ей руку.
В пышно обставленной комнате, которую Луиза из-за алькова с кроватью приняла за будуар, хотя потом узнала, что это рабочий кабинет, вдоль стен стояли стеклянные шкафы со всякой всячиной, на стенах висели портреты и фотографии женщин. «Это мой Музей Любви», – объяснил Габриэле и устроил ей экскурсию. Он не торопился заключить свой новый трофей в объятья, о нет.
«Вот великая Элеонора Дузе, примадонна моего театра, достойная грома аплодисментов, – говорил он. – С нею я побывал персонажем и трагедий, и комедий. Это великая Сара Бернар, которая на сцене была естественна, как в жизни, а в жизни артистична, как на сцене. Это моя оставленная, но бесконечно любимая жена Мария, урожденная герцогиня Галлезе. Это маркиза Казати, а это подаренный ею золотой скарабей. Засохшая роза из корсета графини Леони, что была подобна серебристой ртути. А посмотрите на эту кружевную перчатку – видите засохшую кровь? В миг расставания графиня де Голубефф ударила меня по лицу так сильно, что разбила губы, и я остался с нею, покоренный этой славянской порывистостью».
Продолжение будет завтра...
А если ждать до завтра вам не хочется, полную версию книги вы можете купить прямо здесь:
