Издательство BAbookДиктаторы обмана
Дорогие читатели,
Мы продолжаем публиковать книгу Сергея Гуриева и Даниела Трейсмана «Диктаторы обмана».
Каждый фрагмент будет висеть у нас в Журнале только один день. Так что, если не хотите пропустить очередной фрагмент книги, поставьте себе напоминалку в календарь и сделайте закладку на Главную страницу нашего сайта, или подпишитесь на наш Телеграм-канал, чтобы не потерялось.
А ещё в Читальный зал можно зайти в наших приложениях BAbook для iOS и Android.
Редакция Книжного клуба Бабук
ЯЗЫК ОБМАНА (продолжение)
Калейдоскоп нарративов вместо идеологии. Многие диктаторы страха обзаводятся идеологией и соответствующими ритуалами лояльности. Они провозглашают единую, общую для всех истину и защищают ее силой и террором, если потребуется. Выстроенная на таком фундаменте система оказывается цельной, но хрупкой. В ней любое публичное выражение «неправильных» взглядов, за которым не последовало наказание, воспринимается как слабость режима. Проблема не в том, что какой-то новый «факт» изобличит ложь диктатора, а в том, что любое сомнение в правдивости диктаторских слов, оставленное без последствий, считается признаком слабости.
Это дорогое решение; к тому же, оно ведет в тупик. По мере модернизации общества приходится тратить все больше ресурсов – даже при наличии добровольных помощников – на поиск и наказание граждан, увиливающих от исполнения ритуалов лояльности. Поэтому диктаторы обмана и не пытаются этого делать. Если нет идеологии, не нужен и контроль за ее соблюдением. Они не защищают «правду» от нападок не потому, что им не хватает сил, а потому что никакой «правды» нет.
У большинства из них нет и официальной доктрины. «Мы – прагматики, – утверждал Ли Куан Ю. – Мы не привязаны ни к какой идеологии»[1]. «Путин, – говорит один кремлевский консультант, – ненавидит слово ‘идеология’». Вместо нее они играют с калейдоскопом образов и сюжетов, в котором переливаются интересы разных целевых аудиторий. У российского лидера имперскость замешана на ностальгии по Советскому Союзу и приправлена традиционными консервативными ценностями: политический аналитик Иван Крастев назвал это «коктейлем Молотова из французского постмодернизма и кэгэбэшного инструментализма». В речах Назарбаева в зависимости от того, к кому он обращался, присутствовали мотивы либо этнического, либо гражданского национализма в сочетании с девелопментализмом в духе Ли Куан Ю. Чавес порой казался старомодным леваком, но в действительности он обратился к социализму только на седьмом году своего президентства – после того как прочел не Маркса, а «Отверженных» Виктора Гюго. Его «чавизм» – как и путинская риторика – был скорее мешаниной из резонансных образов (Симон Боливар и Иисус Христос) и разнородных концепций (социализм, популизм, национализм, антиимпериализм), чем доктриной.
Не культ личности, а статус селебрити. Лишь немногие действующие диктаторы страха поддерживают классический культ личности. Северокорейские старшеклассники вынуждены три года штудировать детство и юношество Ким Чен Ына. А ныне покойный лидер Туркменистана Сапармурат Ниязов присвоил месяцам года имена своих родственников, включил знание своих сочинений в программу экзамена на получение водительских прав и поставил золотую статую себя, вращавшуюся на постаменте вслед за солнцем.
Многим людям кажется, что культы личности есть и у диктаторов обмана, например, у Чавеса и Путина. Но в их случае правильнее говорить не о культе личности, а о статусе селебрити, причем бульварного свойства, характерном в эпоху интернета для западных эстрадных исполнителей или некоторых американских президентов. Классический культ личности предполагал полурелигиозное почитание правителя. Он насаждался сверху диктатором и его приспешниками[2]. Общая дисциплина поддерживалась ритуалами лояльности – особыми салютами и приветствиями, поклонами портрету и так далее, – которые исполнялись с торжественным чувством и не допускали публичного выражения сомнений. Граждане были обязаны читать труды диктатора, а общественные пространства заполнялись его именем и изображениями.
В свою очередь наделение статусом селебрити, как правило, является низовой инициативой и часто происходит стихийно, а у частных субъектов есть возможность на нем заработать. Изображения героя встречаются сплошь и рядом – но только потому, что есть спрос и рыночные стимулы. Ритуалы не навязываются, но могут возникать сами собой (лунная походка в исполнении уличных танцоров, речевка «Yes we can!» («Да, мы можем!»)) и либо совершаются со всей серьезностью, либо, что случается чаще, имеют характер игривый, ироничный и даже насмешливый.
Давайте разберем пример Путина, исходя из сказанного выше. Обилие сувенирной продукции с его изображением – от матрешек, футболок, водки и духов до телефонных чехлов, шоколада и календарей – было поразительным с первых дней его президентства. Его портреты висели во всех государственных учреждениях страны; в 2007 году продавались 28 немного отличавшихся друг от друга вариантов. Песни о нем – от техно-поп-трека «Такого как Путин» до рэпа «Мой лучший друг – это президент Путин» – стали хитами. В столице Чечни городе Грозном появился проспект Путина, а в сельских населенных пунктах в честь Путина были названы улицы. Кремлевский сайт публиковал снимки президента-мачо на охоте и рыбалке и, конечно, запомнившуюся всем фотосессию с обнаженным торсом верхом на лошади. Вечерние новости регулярно рассказывали о смелых предприятиях Путина: вот он на мотодельтаплане учит летать птенцов стерхов; вот он с аквалангом погружается в Черное море и достает со дна две амфоры; а вот стреляет в дикую тигрицу из пневматического ружья, заряженного шприцами со снотворным, или надевает на спящего белого медведя спутниковый ошейник.
Все это порождало разговоры о классическом культе личности. Но при ближайшем рассмотрении выясняется, что сходств не так много. Не было никакого специального путинского приветствия, танца или другого искусственного ритуала, как нет и обязательной для изучения и цитирования библии путинизма. Сувенирная продукция с Путиным – не госзаказ: ей спекулируют уличные торговцы, которые всего лишь хотят подзаработать. Улицы имени Путина – не дань уважения, а заявка на финансирование. «Если назвать улицу Путинской, – объяснял один оптимистичный местный житель, – ее непременно заасфальтируют». Песни про Путина не героические, а лукаво-ироничные. В «Такого как Путин» солистки воспевают не обнаженный торс этого мачо, а обычные человеческие качества президента, забавно контрастирующие со стереотипными представлениями о повадках российских мужчин. Им нужен такой, как Путин: «чтобы не пил», «чтоб не обижал», а главное – «чтоб не убежал»[3]. Президентские телевизионные подвиги на поверку чаще всего оказывались постановочными. Белому медведю вкололи дозу снотворного. Тигрица не была дикой, ее доставили из зоопарка, и позднее она умерла от передозировки седативными препаратами. Древнегреческие амфоры оставили на дне, чтобы президент мог их найти, в чем позднее признался его пресс-секретарь. Достигнутый эффект оказывался скорее курьезным, чем грандиозным.
В хрестоматийных культах личности не было ничего смешного: никто бы не посмел шутить по поводу внешности Сталина или отказаться вскинуть руку в нацистском приветствии. Россиян сегодня не заставляют танцевать под «Такого как Путин» или душиться ароматом, созданным в его честь. Их не ссылают в лагеря за шутки над именем лидера (как в Китае при Мао) или за то, что обернули книгу в газету с его фотографией (как в КНДР при Ким Ир Сене). В магазинах продавалась не только путинская водка, но и зубная нить его имени[4]. А после визита президента в Изборск местные жители продавали билеты на прогулки по путинским местам: «здесь Путин купил огурец», «здесь Путин снял пиджак». Какой же это культ личности? Это пародия на него. Сталин был богом. Путин превратился в торговую марку.
Не точной, но близкой параллелью будет Барак Обама. Он тоже вдохновил бизнесменов на целые каталоги сувенирной продукции, в которых было все от деревянных яиц и фигурок с качающейся головой до магнитов на холодильник, паззлов, термосов, бокалов для коктейля, кошачьих ошейников, лака для ногтей и даже кулинарных лопаток[5]. В школах портреты Обамы обычно не висели, но их можно было увидеть в госучреждениях и аэропортах по всем Соединенным Штатам[6]. Люди с удовольствием комментировали его атлетическое телосложение после того, как СМИ распространили его изображения обнаженным по пояс. Про Обаму написаны не одна, и даже не две популярные песни: журнал «Billboard» составил десятку лучших песен про президента; среди исполнителей – Мэрайя Кэри, Джей-Зи и Стиви Уандер. Что до приключений президента-мачо, то быстрый поиск в интернете приведет вас к видео, в котором 44-й президент доедает лосося за медведем-гризли в аляскинской глуши.
В почестях, оказываемых Назарбаеву, гораздо больше элементов традиционного культа личности: почетные титулы, рекламные щиты с портретами, памятники и присвоение его имени горным пикам и городам. В этом отношении он оставил далеко позади других диктаторов обмана. Но все двадцать лет на вершине власти казахстанский лидер, по всей видимости, обходился без ритуалов лояльности. В большинстве случаев он вел себя как мудрый управленец, а не как грозный вождь.
[1]. Excerpts from an Interview with Lee Kuan Yew // New York Times. Тан (Tan K. P. The Ideology of Pragmatism) утверждает, что идеологией Партии народного действия Ли Куан Ю был прагматизм. Мы согласны, что Ли использовал риторику прагматизма, но мы бы не назвали это идеологией – и уж тем более не государственной идеологией, обязательной для всех
сингапурцев.
[2]. Гитлера, Сталина, Мао, Ким Ир Сена, Дювалье, Чаушеску и Менгисту. Он отмечает, что «все ключевые решения, связанные с усилением культа своей личности, каждый из них принимал сам» (Dikötter F. How to Be a Dictator. P. xii).
[3]. Такого как Путин, Russmus.net. Стоит заметить, что в тексте песни его
также называют «полным сил».
[4]. «В 2004 году компания «Просперити» из Санкт-Петербурга начала рекламировать зубную нить с портретом Путина на упаковке» (Cassiday J. A., Johnson E. D. Putin, Putiniana and the Question of a Post-Soviet Cult of Personality. P. 692).
[5]. Сувенирный магазин в Белом доме, «Barack Obama Collectibles»; Cochrane L. Obama Merchandising Madness.
[6]. Warner J. A Hot Time in Washington; Shirtless Images of Obama Cause Stir Online, Associated Press. Собственно, и другие американские президенты – Кеннеди, Никсон, Форд и Рейган – появлялись на страницах американской прессы обнаженными по пояс (O’Rourke T. Chronicle Covers; Shirtless Presidents. Daily Beast; Beggs A. Pumped-Up Presidents).
Продолжение будет завтра...
А если ждать до завтра вам не хочется, полную версию книги вы можете купить прямо здесь:
