Издательство BAbookМетаморфозы
Дорогие читатели,
Мы продолжаем публиковать фрагменты из книги Акунина-Чхартишвили «Метаморфозы».
Каждый фрагмент будет висеть у нас в Журнале только один день. Так что, если не хотите пропустить очередной фрагмент книги, поставьте себе напоминалку в календарь и сделайте закладку на Главную страницу нашего сайта, или подпишитесь на наш Телеграм-канал, чтобы не потерялось.
А ещё в Читальный зал можно зайти в наших приложениях BAbook для iOS и Android.
Редакция Книжного клуба Бабук
SANGUIS HOMINI
Рассказ
1. Кровь жизни
Как обычно, маменьку пришлось ждать. Папа с его всегдашней нетерпеливостью спрыгнул в гондолу первым, подхватил Ленуччу за талию, усадил на подушки и тоже сел, картинно подбоченившись. Знал, что на патриция Корнаро, президента Финансовой палаты Республики, глазеют и с набережной, и с воды. Для того и держал сверкающую позолотой гондолу с алым балдахином, а наряжался с роскошной небрежностью: сафьяновые башмаки продуманно запылены, жемчужный камзол нараспашку – чтоб под ним было видно парчовую maglia. Он и Ленуччу хотел разрядить как куклу, в шелка и левантийский бархат, еле-еле убедила его, что являться в божий монастырь щеголихой неуместно.
Маменька наверняка задержалась в антикамере, там у самых дверей висит большое зеркало. Перед выходом она всегда себя осматривает и хорошо еще, если всего лишь поправит прическу, а может вернуться в гардеробную, чтоб одеться как-то иначе, и тогда ожидание затянется надолго. Маммина выросла в бедности, с одним-единственным платьишком, поэтому она никогда не насыщалась нарядами. Это, прочитала Ленучча в «Corpus Juris Canonici» [1], называется «суетное любование» и почитается у отцов церкви грехом третьей категории, из нетяжких, искупается двадцатикратным чтением «Господи, согрешихом». Епитимью за маменьку всегда выполняла Ленучча, что допускается каноном, когда грешник по уважительной причине не может произнести святые слова сам. Маммина не умеет читать и не способна к заучиванию наизусть, а это причина уважительная.
– Ах, совсем не так думал я отметить твое одиннадцатилетие, – сказал Джанбаттиста, нежно глядя на свою худенькую, прозрачноликую дочку, в черном платье казавшуюся еще бледней обычного. – Я бы устроил великолепное празднество, пригласил бы всю «Золотую книгу». Ты прочла бы стихи на пяти языках, потом сыграла бы на клавикордах и спела ту чудесную кантату, что сочинила на Святую Пасху, и все увидели бы, какое чудо подрастает в доме Корнаро. А потом я закатил бы пир с речами и тостами. И назавтра о моем маленьком сокровище говорила бы вся Венеция.
Девочка, содрогнувшись, тихо ответила:
– Вы сделали мне прекрасный подарок, самый лучший подарок – тот, о котором я мечтала. Я очень, очень благодарна за это, батюшка.
Подарок, который выпросила для себя именинница, был необычным: провести лето в монастырском уединении, где ничто не будет отвлекать от занятий. Учителя будут приходить к высокородной ученице не в палаццо, а в божью обитель.
Прибежала Джина, маменькина камеристка, передала, чтоб отправлялись без госпожи. Она решила переодеться во всё палевое – этот цвет больше соответствует настроению дня. Синьора доберется до монастыря на собственной гондоле. У маменьки лодка была меньше, чем папенькина, но еще нарядней, с ажурной башенкой.
Синьор Корнаро махнул рукой, крикнул зычным голосом, каким некогда отдавал команды с капитанского мостика:
– Отчаливай!
Кормщик оттолкнулся от причала, длинное весло заскрипело в уключине-форколе, герольд на носу приложил
к губам тромпету и принялся трубить: дорогу его милости синьору президенту!
[1] «Свод канонического права» (лат.)
Продолжение будет завтра...
А если ждать до завтра вам не хочется, полную версию книги вы можете купить прямо здесь:
