BAbook
Книжный клуб Бабук
Среды
Аватар Анна БерсеневаАнна Берсенева

МОЯ ЛИТЕРАТУРНАЯ ПРЕМИЯ. ДАНИЭЛЬ БЕРГЕР

ПАРАДОКС КОФЕ С ПЕРЦЕМ

Новая книга Даниэля Бергера - роман «Кофе с перцем» (М.: АСТ. Редакция Елены Шубиной. 2024) - свидетельствует о появлении прозаика столь яркого и оригинального, что с ним некого сравнить в современной литературе на русском языке. Собственно, это можно было понять уже по литературному дебюту родившегося и живущего в Кыргызстане автора (по первой профессии кинорежиссера) - по книге его рассказов «О нечисти и не только», вышедшей в прошлом году. Рассказы поражали разнообразием леших, русалок, демонов, домовых, упырей и прочей нечисти, которая участвовала в важнейших исторических событиях последнего столетия: упырь вставал на путь к коммунизму, домовой отправлялся в сибирскую ссылку вместе с раскулаченными. Так же разнообразна была и «национальная» принадлежность нечисти: кыргызский демон, дальневосточные шуликуны, джинн… 

В новой книге Даниэль Бергер расширил границы своей повествовательной манеры неожиданным образом. Роман погружает читателя в восточную вязь - географическую, сюжетную, стилистическую, образную. Она возникает на первых же страницах, как воздействие особенного кофе, сваренного с перцем по особенному же  рецепту: 

«Кто отважится провести по перечной доске широким влажным языком, тот немало удивлен будет. Ведь после огня придет сладость. И продержится ровно столько, сколько времени нужно слезе, чтобы омыть глаз. А потом, сквозь слезы, почувствует смельчак и послевкусие, голодное и злое. И увидит, как караван кораблей, груженных жгучим перцем, тонет у самого берега и целый день радует нищих старух обильным уловом рыбы, славно просоленной и перченной, как надо. Но потом рыба надолго уйдет отсюда... Уже кости тех старух, что собирали по берегу перченую рыбу, истлеют, а рыба так и не вернется. Пока однажды не принесут люди жертву морю, сверх меры наполнив его своей кровью и кровью тех, кто живет на ближайших островах. Тогда-то рыбаки заново осмолят лодки, зачинят сети и вернутся домой только под утро, усталые и счастливые. Их жены найдут в желудках рыб тяжелые пули и отдадут их сыновьям, чтобы те играли».

Причем такой способ мышления присущ героям, которые живут вполне современными заботами. Фарук, пожилой турецкий повар, умеющий варить кофе с перцем, от которого меняется, точнее, проясняется взгляд на жизнь, ищет кредит на то, чтобы открыть собственное кафе. Он спешит найти необходимые деньги поскорее, потому что «сегодня все говорят о кофе с перцем, но кто вспомнит о нем завтра, когда что ни день, то новости — тут война, там революция, а в Бурсе родился теленок с тремя головами», ведет переговоры об этом с инвестором, армянином Зарзандом, и недоумевает от странного предложения варить кофе с перцем не в курортном Фетхие, как он намеревался, а в стамбульском аэропорту… 

Прежде чем понять зловещую цель Зарзанда, читателю предстоит пройти по событийному лабиринту столь сложному, что сначала он кажется не лабиринтом даже, а комком нитей, не связанных друг с другом, но лишь хаотически спутанных. Ведь невозможно обнаружить связь, например, между старым торговцем коврами Халилем и юной армянской девушкой, которая, чтобы отвести беду, «поскорее проглотила зернышко сырого риса, который всегда носила с собой в кармане. Но не заметила Наринэ, что вместо рисового зерна проглотила маленький камушек, а ведь камень — это земля, а земля — слову замок. Накликанная беда бегает быстро». 

Но связь есть, и она трагична. Беда не только бегает быстро, но и влечет за собой следующую беду. Вражда народов дает результат - пролитую невинную кровь. Эта кровь требует мести, и месть летит через годы и поколения, как стрела, разрушая жизни других невинных. Не воплотившаяся любовь двух юношей друг к другу становится драмой жизни каждого из них, а выход из этой драмы десятилетия спустя рождает трагедию их потомков. Добавьте сюда еще и непредвиденные перемены казавшихся продуманными намерений - когда, например, человек, решивший покончить с собой, становится убийцей, - и станет понятно почему Даниэль Бергер погрузил действие своего романа в восточную среду. Это сделано не ради создания необычного колорита для читателя русской литературы, а ради того, чтобы сложное сплетение всего со всем - мотива с действием, лжи с драмой, мести с ее результатом, любви с гибелью, мудрости с яростью, - приобрело необходимую парадоксальность. В сплетении жизненных узоров, по восточному причудливом и ритмически неторопливом, эта парадоксальность угадывается не сразу. Но от того, что, подпадая под гипноз притчевой стилистики, не ожидаешь взрыва, - он производит особенно сильное воздействие. 

Да, прошлое сталкивается в романе Даниэля Бергера с настоящим так, что ничем кроме взрыва это столкновение закончиться не может. И речь не только о взрыве в стамбульском аэропорту - все поначалу кажущееся гармоничным сплетение судеб героев взрывается совершенно неожиданным образом. Место, время, среда - то, что называется сеттингом, - выстроено для этого с режиссерской точностью. Поэтому восточный роман Даниэля Бергера и проясняет взгляд так же, как кофе с перцем, давший ему название.